+ По благословению Предстоятеля РПЦЗ
митрополита Нью-Йоркского
и Восточно-Американского Лавра
 
Навигация:

Новости:

1 марта 2017

Восстановить первый памятник героям Второй Отечественной войны
 
13 февраля 2017

Программа «круглого стола» по истории: «Политическое настоящее и будущее России в проектах и реалиях Великой Российской революции. 1917-1922 гг.».
 
7 февраля 2017

ПРИГЛАШЕНИЕ. 11 февраля помянут офицеров и адмиралов Русского Императорского Флота, погибших в Первую мировую и Революционной смуте
 
9 января 2017

Октябрь 1917 года: уроки для сегодняшнего дня
Владимир Путин огласил текст своего Послания  Федеральному собранию. Несколько тезисов президент посвятил непростой истории России.
 


Объявления:

18 апреля 2016

Научный семинар «Взаимодействие институтов гражданского общества и государства в решении проблем национальной безопасности, обеспечении общественного согласия и
 
14 апреля 2016

Вечер, посвящённый 135-летию со дня рождения Бориса Константиновича Зайцева, в Доме-музее Марины Цветаевой
 
2 ноября 2015

Акция памяти юнкеров и «Бессмертный полк братского кладбища героев Первой мировой войны»
 
7 сентября 2015

5 сентября в Храме Всех Святых на Соколе и Братском кладбище помянут погибших от "красного террора", возложат цветы к расстрельному рву
 


Научные труды: монографии, статьи, заметки

<< Вернуться к списку

В. М. Байдалаков в Сараеве (забытая страница биографии)

Представляемая читателям статья Ростислава Владимировича Полчанинова отражает интересные факты, связанные с историей Национально-трудового союза нового поколения (НТСНП) в Европе накануне Второй мировой войны, а также с историей русской эмиграции 1920-1930 годов. Впервые эти воспоминания были опубликованы в издании «За Свободную Россию» (Сообщения местной организации НТС на Востоке США), № 9, ноябрь 2002.

Автор: Р.В. Полчанинов

Осенью 1937 года из Белграда был переведен в Сараево председатель Союза (НТСНП) Виктор Михайлович Байдалаков. Об этом я уже писал в статьях, где говорилось об истории зарубежных Дней Непримиримости. Последний раз статья «О нашей непримиримости» была напечатана в «Гранях» в сентябре 2000 года в № 195.

Осенью 1937 года я был единственным подписчиком союзной газеты «За Россию» и единственным членом Союза в Сараеве. Поэтому вполне естественно, что, оказавшись в Сараеве, В.М. Байдалаков захотел со мной встретиться. Телефона у меня не было, и Виктор Михайлович прислал мне открытку с просьбой зайти к нему по указанному адресу. Это было или в конце сентября, или в начале октября, но, во всяком случае, уже после отъезда Б.Б. Мартино в Белград и моего назначения на пост начальника Сараевского отряда скаутов-разведчиков.

При первой же встрече В.М. Байдалаков сказал мне, что, хоть его и перевели из Белграда в Сараево с повышением по службе, он считает это своего рода ссылкой, организованной по требованию СССР, и сам он был против перевода в Сараево. «Был бы жив король Александр, – сказал В.М. Байдалаков, – ни о каком советском давлении не могло бы быть и речи, но после его убийства в Марселе в 1934 году Югославия начала осторожно идти по пути сближения с СССР». Интересы СССР в Югославии представляла Чехословакия и наоборот. Следовательно, давление на Югославию по отношению к Союзу, надо полагать, было сделано через чехословацких дипломатов. В 1937 году СССР имел уже основания считать Союз опасным противником, и, кроме ссылки В.М. Байдалакова в Сараево, СССР добился закрытия союзной газеты «За Россию», которая, впрочем, продолжила выходить, только под новым названием – «За новую Россию».

Мне было 18 лет, и я чувствовал себя мальчишкой перед Виктором Михайловичем. Помню, как я вошел к нему в комнату, как он протянул мне руку, как я пожал ему руку, и как первое, что он мне сказал, было:

– Позвольте мне показать вам, как надо здороваться за руку.

Помню, что я растерялся и ничего не сказал, а он, не дожидаясь ответа, сразу начал меня учить:

– Когда старший протянет вам руку, посмотрите сперва на руку, затем слегка сожмите ее и посмотрите прямо в глаза тому, с кем здороваетесь, а потом слегка опустите руку вниз. Давайте поздороваемся еще раз. И мы снова поздоровались, но уже по всем правилам.

После этого Виктор Михайлович предложил мне сесть и сразу же перешел к делу. Он объяснил мне, что в Сараеве он не намерен бездействовать. Он попросил меня рассказать, какие имеются в Сараеве русские организации и какие люди стоят во главе этих организаций.

В. М. Байдалаков слушал меня очень внимательно, и, когда я закончил, спросил меня, отмечалось ли ранее в Сараеве 7 ноября как День Непримиримости, и как русские в Сараеве отметили в 1927 году десятилетие захвата большевиками власти?

Я ответил, что, хоть мне и было тогда всего 8 лет, я хорошо помню, что в 1927 году в Сараеве отмечалось пятидесятилетие Балканской войны. По этому случаю в кадетском корпусе было устроено юбилейное собрание, на которое меня родители взяли с собой, чтобы не оставлять одного дома, и что мне на этом собрании было изрядно скучно. Насчет Дней Непримиримости я мог с уверенностью сказать, что ничего подобного в Сараеве ни разу не отмечалось.

– Так вот мы его тогда и отметим, благо в этом году круглая дата – двадцатилетие захвата большевиками власти над Россией.

Виктор Михайлович рассказал мне, как в 1927 году митрополит Антоний призвал русскую эмиграцию отметить 7 ноября как День Непримиримости, как эмиграция тогда не откликнулась на призыв своего первоиерарха, и как Союз поставил себе целью провести в жизнь предложение митрополита Антония.

– Это очень важно, – сказал Виктор Михайлович. С одной стороны, нам надо как-то объединить национальномыслящую эмиграцию, с другой стороны, нам надо как-то напомнить эмиграции, которая начала страдать «ожирением совести», о ее долге перед Россией и русским народом.

В.М. Байдалаков, с присущей ему энергией, посетил всех намеченных возглавителей организаций, начиная с генерала Н.В. Запольского, который был одновременно и председателем русской колонии в Сараеве, и начальником местного отделения РОВС, и кончая председателем отделения Союза русских инвалидов Буяченко, который принял особенно близко к сердцу предложение Виктора Михайловича и оказал ему исклю-чительную помощь в деле подготовки Дня Непримиримости.

Устроители согласились, что основной доклад прочитает Виктор Михайлович, а каждой организации будет затем предоставлено короткое, но одинаковое для всех время для приветствия собравшихся. Одним из выступавших должен был быть и я, и это, конечно, меня несколько смутило.

Какой-то опыт выступления на собрании у меня уже был. В январе того же 1937 года я выступал на собрании, на котором объявил об основании в Загребе отряда скаутов-разведчиков и на котором было освящение отрядного знамени, но это было довольно короткое слово и я его легко выучил наизусть. На этот же раз мне предстояло говорить значительно дольше, столько же, сколько будут говорить взрослые, привычные к подобным выступлениям. Виктор Михайлович не только составил мне текст выступления, но и научил меня, как с выражением сказать выученное на память приветствие.

Хоть Виктор Михайлович и был очень занят встречами с общественными деятелями, он все же находил время и для занятия со мной, как он говорил, «курсом умения говорить». Я уже знал, что если ошибусь, то не должен поправляться, а должен импровизировать и продолжать говорить дальше, и что должен все время обводить взглядом слушающих, но я не умел говорить выразительно, и Виктор Михайлович учил меня, какие слова надо выделить и где и когда поднимать и опускать голос.

Говорили мы и на другие темы. Однажды Виктор Михайлович задал мне такой вопрос:

– Не понимаю, – сказал он, – как вы (он имел в виду сараевских разведческих руководителей Мартино, Пелипца, Мулича и меня) можете с таким почтением относиться к этому, – как он выразился, – «земгусару» Агапову?

Я, конечно, переспросил, кто такие «земгусары», на что Виктор Михайлович ответил, что в Союзе так называют «земгоровцев» – сторонников Объединения земских и городских деятелей, одной из левых организаций Зарубежья, к которой принадлежал Агапов.

Вообще, надо сказать, что В. М. Байдалаков не жаловал левых, назвав одного из них либералом, и далее, по-казацки, не очень цензурно. Другого он назвал «интеллигентом в галошах и с зонтиком». В. М. Байдалаков был офицером, а в офицерской среде так называли левую интеллигенцию, для которой было еще одно оскорбительное название – «шпак», то есть «штатский». Дело в том, что военные не имели права носить ни галоши, ни зонтики, и эти две вещи как бы являлись символами штатских людей.

В. М. Байдалаков считал, что из-за Агапова, который был начальником Югославского отдела НОРС-Р, у многих родителей скаутизм-разведчество не пользовалось симпатией. Я, конечно, защищал Агапова, который в моих глазах был русским патриотом, панславистом и одним из главных сторонников национального течения в скаутизме-разведчестве. Он был не только против индейщины, но и против созданной Баден-Пауэллом программы для руководительских курсов в Гилвелле (Англия). Агапов создал свою, русско-югославянскую, программу для руководительских курсов, лозунгом которых стали слова из стихотворения Бальмонта «Будем как солнце!».

Кадетский корпус покинул Сараево 1 сентября 1929 года, и до этого все собрания устраивались в зале корпуса. После отъезда корпуса в Сараеве вскоре была создана Югославянско-русская лига. В помещении лиги в 1937 году русская общественность отметила столетие со дня смерти Пушкина, там же в воскресенье, 7 ноября, был устроен и День Непримиримости. Собралось более ста человек, как говорилось – все русское Сараево, хотя в Сараеве проживало более 600 русских.

Выступление В. М. Байдалакова вызвало среди сараевцев интерес к Союзу, и был создан Комитет содействия. В 1938 году, после того как новый устав упразднил возрастное ограничение, из Комитета содействия было создано отделение Союза. Под руководством Виктора Михайловича начались собрания: два раза в месяц на квартире гвардейского офицера Доне в части города, называемой Бистрик. Самым младшим был Жорж Богатырев (пятнадцать лет). Из молодых, хоть и намного старше меня, были Леня (Леонид Брониславович) Буйневич с женой Шурой, а другим, в том числе и председателю отделения Союза инвалидов Буяченко, было за пятьдесят.

В программу входило прохождение курса НПП – Национально-политической подготовки – и курс умения говорить. Пока Виктор Михайлович был в Сараеве, председателем отделения был он, а после его возвращения в Белград в конце 1938 или в начале 1939 председателем был избран Доне. Мы все приобрели учебники, названные благодаря зеленой обложке «Зелеными романами», и по ним занимались. По ним мы и сдавали экзамены. Членами Союза считались только сдавшие экзамены по НПП. Проходили мы и историю ВКП(б).

На курсах умения говорить мы читали с выражением прозу и стихи русских классиков и говорили «пятиминутки». «Пятиминутками» назывались короткие зажигательные обращения к советским гражданам с призывами свергнуть советскую власть.

Однажды Виктор Михайлович посвятил все время собрания умению хранить тайну. Он говорил о том, что у хранящего тайну это не смеет быть написано на лбу. Наоборот, тайну надо скрывать беззаботным видом, рассказом анекдотов и т.п. Нам говорилось, что если «союзник» (член Союза) что-то скрывает, то его нельзя расспрашивать и просить сказать что-то по секрету, что можно сказать кому-то только столько, сколько ему надо знать, и только тому, кому это надо знать. Боже мой, как это все потом пригодилось в годы войны, когда мы оказались под немецкой оккупацией, или в Германии на работах!

Быт в Советском Союзе мы изучали по материалам Солоневичей и по анекдотам из «Крокодила», конечно, с соответствующими пояснениями. Да, живя в свободном мире, трудно было представить себе советскую жизнь с ее коммуналками, отсутствием частной торговли, доносительством, соцсоревнованиями и прочими прелестями социализма.

В Югославии советские газеты и журналы, включая «Крокодил», были запрещены, но Виктор Михайлович получал их какими-то таинственными путями и показывал нам на собраниях. Думаю, что ни «Правда», ни «Известия» не имели в СССР таких внимательных читателей, какими были мы, члены Союза. К тому же, это были «запретные плоды», что, конечно, увеличивало интерес. Мало того что хотелось все прочитать, хотелось еще и в руках подержать.

У Союза было немало друзей, покупавших союзную газету и поддерживавших союзные начинания. Среди них были генерал Н. В. Запольский и капитан 1-го ранга Борис Иванович Мартино. Оба были арестованы в 1945 году, и оба скончались по дороге в СССР из-за нечеловеческих условий транспорта. Арестованы были и все члены Союза, по тем или иным причинам не покинувшие Сараево с отступавшими немцами в 1944 году. Председатель отделения Доне, получивший пятнадцать лет, выжил, но вскоре скончался в лагере для зеков-инвалидов в Потьме.



  Некоммерческий Фонд по увековечению памяти участников Белого Движения ПАМЯТЬ ЧЕСТИ   Некоммерческий Фонд по увековечению памяти
участников Белого Движения
  Телефон: (+7 916) 917-50-64 E-mail: wguard@white-guard.ru
Веб-мастер: intr@nm.ru   Хостинг: МНЭПУ

Каталог Православное Христианство.Ру
УЛИТКА - каталог ресурсов интернет ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU

Память Чести © 2002-2010 г.

http://www.white-guard.ru/go.php?n=43&id=1207http://www.white-guard.ru/go.php?n=43&id=1207http://www.white-guard.ru/go.php?n=43&id=1207http://www.white-guard.ru/go.php?n=43&id=1207http://www.white-guard.ru/go.php?n=43&id=1207http://www.white-guard.ru/go.php?n=43&id=1207